Одинокий плач гитары

Эдик был застенчивым молодым гитаристом, и как бы Рустам не просил его выступить перед аудиторией, он никак не соглашался. А ведь зря, - он играет на гитаре как никто другой на свете. Зачем играть на публику, когда и в одиночестве неплохо, думалось иной раз Эдику. Ему казалось, что никто его песню не поймет, никто не оценит звучание его гитары так, как надо. Он любил играть в одиночестве. Сколько помнится, он, либо у себя в комнате начинал мутузить струны, либо перед немногочисленной толпой друзей, которые были от него без ума.


Но Рустам не сдавался и всячески пытался уговорить его выступить на день студента перед народом на сцене университета, ну а Эдик все также отказывался. Так он его и не уговорил. День студента прошел, но вот Рустам не расстроился - у него был коварный план...


- А тебе хотелось бы потренироваться на сцене? - как-то неожиданно спросил его Рустам.
- Шутишь? Ой Русик, вот ты не сдаешься! - сказал Эдик не отрываясь от своего любимого дела -- гитары.
- Нееет, на этот раз я просто предлагаю тебе сцену, ведь я там почти главный, забыл? У меня есть ключи и все такое... В отличии от тебя я не отказался выступать на разных мероприятиях универа... - совершенно спокойно возразил Рустам.
Эдик некоторое время молча настраивал струны своей гитары и думал над предложением. Рустам терпеливо ждал его ответа.
- Ну ладно, а когда? - наконец произнес гитарист.

Рустам был неимоверно счастлив, но старался не показывать этого, ибо боялся испугать застенчивое существо. Он объяснил ему как и куда идти, сказал время, и настоятельно попросил, чтобы он вышел на сцену со стороны кулис, а не через зал, потому что зал убрали, чтобы потом покрасить и ходить по нему нельзя. Эдик согласился и в указанное время он пришел в назначенное место. Рустам пришел, торопливо отдал ему ключи, объяснил как пройти на сцену через кулисы и поспешно куда-то убежал, как будто его где-то ждали.
Эдик некоторое время стоял в ступоре, потом улыбнулся и побрел в сторону кулис. Он открыл дверь ключом, и пока он шел по узкому коридору, его любимая гитара за спиной несколько раз ударялась обо что-то твердое. Полутемный, узкий коридор привел его за кулисы.

Неожиданно, он занервничал и встал перед выходом на сцену. Даже тогда, когда никто за ним не наблюдал, он все равно испытывал некий дискомфорт - волновался. Некую долю волнения внес и свет, который точно падал на середину сцены, где одиноко стояла деревянная табуретка. Он глотнул воздух и пошел прямо туда. Сел и начал подготавливать гитару к игре. Пока готовил, он, несколько раз посмотрел в сторону темного зала - а вдруг там кто-то сидит и смотрит. Увы, ничего разглядеть там невозможно было. Темный зал становился еще темнее из-за этого яркого света, который падал прямо на него. И вот, пришло время играть...


Эдик вздохнул и сделал несколько пробных взмахов по струнам деревянной гитары, который достался ему от любимого дяди. Звук был идеальным - он, обогнув весь огромный и тихий зал, эхом возвращался обратно к хозяину. Это показалось хорошим для Эдика и он улыбнулся своей застенчивой, но очень красивой улыбкой. Улыбки не стало, когда ему показалось, что он услышал какой-то кашель из зала. Он остановился, посмотрел пристально в темноту, но ничего так и не увидел. Потом он уселся и начал играть.

Тихими темпами он начал ласкать струны своей гитары, как будто он готовил ее к чему-то грандиозному, как будто это были прелюдия. Пронзительный плач звонкой гитары казалось проникал везде. Он проникал во все щели зала, во все его углы, бегая то туда, то сюда промеж этих красных рядов. Эдик уже ничего не слышал, ничему не обращал внимания, кроме своей игры на гитаре. С каждым взмахом над гитарой он чувствовал необычную власть и энергетику. Глаза закрылись, руки начали работать на автомате, а тело двигалось в такт музыке. Подобно спящему вулкану, который больше уже не может держать в себе эту горячую массу, Эдик, выплеснул первые слова своей песни в темноту. Они били прямо в сердце ментальной аудитории, которую Эдик представил себе прямо сейчас. Аудитория охала и ахала от его неистовой игры. Раз за разом она лилась, словно освежающий водопад. Грустный, но в то же время дающий силу плачь гитары, чудесным образом развязывал все защитные узлы темной человеческой души и оставлял после себя приятные чувства, и предательски давал об этом знать рядом сидящим людям, которые также не могли сдержать своих искренних слез. Ментальная аудитория тихо плакала, внимательно слушала и всасывала каждое слово, каждый аккорд гитариста. Как бы не было грустно - песне было суждено закончиться. Эдик затих и дал струнам закончить начатое дело. Все тише и тише становился звон струн пока в окружающем пространстве не повисла тишина. Эдик опустил голову и руки над гитарой и образовалось молчание.


Вдруг, свет включился, зал стал совершенно светлым! Эдик быстро поднял голову и был шокирован. Огромный зал был переполнен людьми - друзьями, студентами, родственниками и преподавателями! Все они стояли и хлопали ему - одинокому, застенчивому гитаристу. Эдик не знал что делать - он был ошеломлен,ему было стыдно и приятно одновременно. Зал все также стоял и в широкой улыбке аплодировал ему. Многие вытирали слезы, свистели и выкрикивали его имя. Эдик, наконец, улыбнулся и поклонился своей аудитории. Когда он выпрямился и посмотрел в конец зала, он увидел Рустама, стоящего у переключателей и аплодирующего ему в гордой улыбке. Он подмигнул ему и показал большой палец. Эдик улыбнулся еще больше и помахал залу рукой и поспешно ушел со сцены. Это был его самый счастливый день, после этого случая застенчивости у Эдика, как будто не стало. Он еще много-много раз развязывал душевные узлы недоверчивых и жестоких людей - он и его "одинокий плач гитары."

Делитесь, комментируйте и будьте со мной... 
Ваш, Ибрагим.


Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Медицинские каналы и чаты в Telegram

Медицинские каналы и чаты в Телеграм. Часть 2

Каякент – мое родное село.